Вторая встреча

Мы снова были невзначай.
Пронесся вспять весь в брызгах грез.
Устал глотать везучий чай.
А он – с букетиком мимоз.

Все до конца, все пополам.
При ней душой я не кривил.
Все то же: мысли, но не вам.
Все так же: сладко, но без сил.

Вновь чувство ясности вовек
И безысходность старых проб.
В чернилах милый человек
Берет из уст немой соскоб.

И отказаться нет причин,
И продолжать уж поперек.
Не помогает клином клин.
Все тот же жалкий злой упрек.

Одно иль два – все ж имена
Ни в чем не винных юных душ.
Давно посеяв семена,
забыл стереть на пальцах тушь.

Мимозы плачут по весне.
Я разучился выливать.
Два близнеца все в том же сне.
И захлебнулась вновь вся рать.

Нельзя почувствовать слова.
Но можно взвыть, как волк, к луне.
Клеймом прокатится молва.
Печаль не кается в вине.

Вино лишь повод, но не власть.
Мимозы вянут на глазах.
Я забываю образ всласть.
Его диктует дерзкий страх.

Лишь имя вскрикнет в унисон,
И запоет немой оскал.
Так возбуждает вещий сон.
Так ждет вина сухой бокал.

Однообразный мыслестон.
Не танцевать же по ночам.
Стекла побитый перезвон
Приходит ночью к палачам.

Я палачом семь жизней спал.
Но пробужден от женский слез.
Я слезы наблюдать устал.
В ответ – шипы без алых роз.

Пусть свет прольется на уста
И уходящий мимо взгляд
Ласкает душу не спроста.
Там очередь живых плеяд.

Я равнодушие приму
И дальше дерну за узды.
В надежде только одному
Твой мир устлали борозды.

Но что не смерть – для нас вдвойне.
Прощай, как самый сладкий чай.
В наперстке места нет войне.
Лети. Расцвел ближайший рай.