Отдельные лица, которые имеют определенный сдвиг в психике и вынуждены ЖИТЬ только на соусах и приправах, к сожалению, упускают самую существенную часть пищи - причуды и крайности в сексе очень похожи на то, чтобы питаться исключительно соусами из хрена вследствие аллергии к мясу; исключение же из пищи хренового соуса, как вызывающего расстройства, не необходимого и незрелого продукта - другой предрассудок, именуемый пуританством. Что касается нашего выбора потребностей и/или проблем, то мы основываемся на том, что уже много лет выслушиваем от людей.

При детальном описании секса довольно трудно не казаться скучным, как бы нескучно не вели мы себя в постели. Фактически, одна из вещей, еще упускаемых "новой сексуальной свободой", есть способность без ложного стыда использовать секс как игру - в этом отношении психоаналитические идеи о зрелости и незрелости почти столь же достойны порицания, как и морализации старого времени о том, что является нормой, и что - извращением. Все мы незрелые, и все мы имеем и тревоги и агрессивность.

Половая игра, как сновидение, является, возможно, запрограммированным в человеке выходом для приемлемого решения этих проблем, точно так же как дети выражают свои страхи и агрессивность в играх. Если они играют в пытки индейцев из ревности к младшему брату или к противоположному полу, мы не называем это садизмом; взрослые же, к сожалению, боятся играть, или переодеваться, или разыгрывать сцены. Это делает их застенчивыми, как будто при этом может быть выпущено на волю что-то ужасное.

Постель является тем местом, где можно играть в любые игры, но только на уровне игры; если бы взрослые стали менее застенчивы в отношении таких "невзрослых" потребностей, то мы могли бы иметь меньше глубоко встревоженных и совершающих преступления фетишистов, создающих что-то вроде своего общества, чтобы обделывать свои делишки, не чувствуя себя в изоляции. Мы слышали о "лягушатнике", который заставлял свою жену спать в резиновых простынях, он свихнулся по-настоящему, потому, что одевание в костюм для подводного плавания из причуды смущало его и заставляло чувствовать себя ненормальным.